В преддверии Нового Года (сказка)

001

Наводила я тут порядок на антресолях. Много лет туда не заглядывала, а в преддверии Нового Года добралась-таки. Решила весь хлам выбросить. Вроде примета такая есть – от ненужных вещей избавиться, чтобы место для свежей энергии освободить. А в Италии (или где?) вообще под Новый Год с окон вещи ненужные выбрасывают. С той же целью.

Ну да ладно, женщина я зрелая. Состоявшаяся, карьеру построила, родителям старость обеспечила, в приметы и чудеса всякие давно уже не верю. Семьи только у меня своей нет, ну да не в семье же счастье. Хотя… Но думать об этом мне не нравилось, как-то грустно сердце сжималось всякий раз при мысли о семье, а потому мысли эти я прогнала и полезла на эти антресоли. Стою я, значит, на стремянке, макушкой в потолок упираюсь, коробки старые перебираю. Книги какие-то, одежда, игрушки, бумаги. И вот из стопки бумаг и старых журналов конверт какой-то выглядывает.

Старый, советский, пожелтел от времени. Я его раскрываю, а там письмо. Достаю и изумляюсь! Мое письмо, я его так лет 30 назад писала.

Почерк детский, кривой весь. Мне, наверное, лет 8 тогда было. Я еще в чудеса верила, это из письма понятно, потому как написано оно Деду Морозу! Прочитала на одном дыхании, даже руки задрожали. Та, маленькая я, много лет назад попросила у Дедушки Мороза ни куклу или платье, как все нормальные девочки, а чтобы со мной всегда чудеса случались да желания исполнялись. И постскриптум котенка волшебного, приносящего счастье! Вот так придумала. И мне так жалко себя стало, так печально, что детство давно-давно закончилось, а желание это так и не сбылось. И котенка у меня не было никогда, потому как мама не разрешала. И девочка эта восьмилетняя во мне проснулась и расплакалась от души. Стою я, плачу, да как рухну с этой стремянки прямо на коробки и прочий хлам!

Глаза открываю – темно как-то, мрачно, холодно. Помещение незнакомое, неприятное. Слышу – плачет кто-то. Встала, отряхнулась – ничего не болит, руки-ноги целы. Пошла на голос. Здание старое, полупустое. Все кругом в пыли да в паутине. Сквозь стекла грязные солнце почти не светит, полумрак. А комнат много и все разные, но заброшенные одинаково. И тут в одной комнате вижу в углу девочка сидит, плачет.

— Эй, что ты тут горюешь? – весело спрашиваю, а она мне в ответ горько так отвечает:

— Плохо мне тут, вот и горюю.

— Так чего ты отсюда не уйдешь, раз плохо?

— Так куда я уйду, это ж мой дом.

— Мрачный у тебя дом, — задумчиво осматриваюсь. – Кто ж его так запустил?

— Как кто? Ты и запустила.

— Как я? Я в этом доме и не была ни разу!

— Потому-то он такой пустой и заброшенный. Это ж сердце твое, а я в нем живу. И имя мое – Любовь.

Я очень удивилась. Какая-такая Любовь. Странно как-то.

-Ты ж юная совсем, ребенок. Какая из тебя любовь?

— Так ты меня в сердце своем закрыла, забыла про нас и не заглядываешь совсем. Уже лет 30 как тебя здесь не было!

И тут меня словно осенило. Я вдруг все поняла. Что девочка эта – я сама, та самая, которая письмо Деду Морозу писала. А когда моя мама тогда письмо это прочитала, то ругалась очень. Помню, сказала она мне, что глупости это все, что не о чудесах думать надо, а на жизнь зарабатывать. Что счастье не в котах и волшебстве, а в обеспеченной старости. И тогда-то я верить во все перестала, сердце свое закрыла и с головой в учебу ушла. А потом институт с красным дипломом, работа. И все-то в моей жизни есть, кроме любви и счастья. Вот отчего пустота у меня в сердце – тут и впрямь ничего нет, пусто и холодно.

— Милая моя, прости меня, — прошептала я, прижимая девочку к груди. – Мне так жаль.

Любовь перестала плакать и подняла на меня полные надежды глаза:
— А давай все исправим?

— Давай! С чего начнем? – я как-то приободрилась сразу, захотелось сделать эту девочку счастливой.

— А начнем с прощения! Я так долго тебя ждала, что все-все продумала. Начинать прощение лучше всего с себя. Вспомни все, за что ты себя ругала и обвиняла – и прости себе все. Все ошибки, неудачи, промахи. Так что ты походи по дому, осмотрись. Все в этом твоем сердце напомнить тебе об обидах, ты их всегда с собой носишь. У всего, что встретится тебе, прощения проси. Я мешать тебе не буду, тут тебя подожду.

Я покорно вышла из комнаты.

-Простите меня, окна, что немыты вы давно, что свет солнечный в свое сердце не пускаю – неуверенно начала я. Окна одобрительно молчали. И я продолжила: — И стол, и стул – в пыли все, забытые, простите меня за мое невнимание. Я провела рукой по тыльной поверхности и ощутила сильное желание все здесь перемыть и убрать. Внезапно появилась тряпка и ведро с водой и начала я по комнате летать, все на свете прощая. Сколько всего я вспомнила! И маму, которая всегда ворчала и недовольная была, и любовь первую неразделенную, и жениха несостоявшегося, и друзей неверных и все-все, что в жизни меня огорчало. Летаю по комнатам, прощения у всех прошу и сама тут же всех за все прощаю. Очнулась, когда сервис чайный протирала. Смотрю – красиво так, окошки блестят, занавески колышутся. И тут девочка моя зашла, да не девочка, а уже подросток.

-Ой, ты подросла!

-Ты молодец, хорошо стараешься. Видишь, и я крепну. Теперь будем благодарить. За все, что в жизни твоей есть.

И начала я благодарить: за солнечный свет из окон, за воздух, за тело мое, за работу, за родителей, за жизнь – за все-все-все.

И на душе еще легче стало. А в доме – еще уютнее. Брожу по комнате, изумляюсь, статуэтки расставляю.

— А для чего так комнат много?

— Так в сердце твоем места всем хватит, кого ты впустить захочешь. – Гляжу, а Любовь уже девушка, красивая такая, румяная.

— Ты очень хорошо потрудилась – улыбается мне Люба. Дальше уже и без меня справишься – цветы польешь словами добрыми, поступками бескорыстными картины развесишь, разберешься в общем! Ты на верном пути. Только вот еще какой момент – скоро Новый год, а у нас елки не наряжена.

Смотрю, и правда елка посреди комнаты стоит, красивая, пышная, лесом пахнет. Сели мы с Любовью игрушки елочные делать. Из подручного материала. И снежинки из бумаги вырезали, и лампочки старые раскрашивали да на ветки вешали, звезду из папье-маше соорудили. Красивая елка получилась, нарядная! Даже мандаринами запахло.

— Очень здорово у нас все получилось! – радуется моя новая знакомая, – осталось только письмо написать.

— Какое письмо?

-Волшебное! Деду Морозу! – хитро так улыбается и лист бумаги мне протягивает. Я даже думать не стала. Вязал и написала:
«Уважаемый Дедушка Мороз! Спасибо тебе за все! Прости, что последние годы совсем в тебя не верила! Исполни, пожалуйста, мое желание. Я очень хочу, чтобы в моей жизни было волшебство. П.С. И котенка хочу, приносящего счастье».

Раздался звонок в дверь.

— Вот и первые гости пожаловали! – улыбнулась Любовь. – Иди открывай дверь.

Встала я с пола – и комната исчезла. Сижу в своей квартире, среди коробок и ненужных вещей. В руке письмо детское зажимаю. Ну, думаю, сильно головой стукнулась, такой сон увидела.

В дверь опять кто-то позвонил. Открываю – никого. Глаза вниз опустила – а там котенок. Маленький, беленький, пушистый! И клочок бумаги. Я присела на корточки, прочитала записку «Котенок, приносящий счастье!»

— Ну привет, счастье! Вот оно ты какое! – беру котенка на руки, прижимаю к себе. И он в ответ начинает мурлыкать.